Детонаторы были не активированы, Гриневскому пришлось обойти прииск и поочередно привести их в боевое положение. Маша присела около вертолета, оперлась спиной о теплую резину колеса и прикрыла глаза. А Карташ тем временем занялся оружием. Оружия набралось выше крыши: каждый второй на прииске, не считая первого – и хозяева, и гости были вооружены до коренных зубов, за исключением, разумеется, расходногоматериала в лице рабов. Набралось около десятка «калашей», штук двадцать каких-то неизвестных Алексею автоматических машинок явственно заграничного производства, три девятимиллиметровых «Беретты» 93R, три «Глока», два «макарки» и два ручных пулемета. Рожки и обоймы даже считать не хотелось. Пока Карташ озадаченно чесал в затылке над грудой смертоносных игрушек, размышляя, что им делать с такой прорвой оружия, подошел Гриневский, опять завалился на траву, сорвал длинную травинку, принялся жевать мясистый кончик. Сказал буднично:

– Ну вот, все готово к отлету.

Действительно, оставалось только поднять машину в воздух. А отлетев подальше, вдавить кнопочку на пульте Седого и – прощай, прииск, прощай навсегда!

– Ну что... Вот он – момент истины, богатырское распутье перед камнем, – вздохнул Алексей, отвлекаясь от своих непростых дум. – Можем бросить все и уйти в тайгу. Можем, как собирались, отдать платину государству… вернее, тем орлам, которые за ней явятся... А ведь еще надо выйти на орлов, которые точнобудут представлять государство. А пока мы будем выходить... – Карташ махнул рукой. – И, наконец, третье – сыграть ва-банк. Не скрою, я именно за этот вариант. Да, без прикрытия сверху ничего не выйдет. Поэтому предлагаю сделать ставку на мои московские связи.

Гриневский вдруг решительно выпрямился на земле, выплюнул травинку, сказал громко:

– Телефон! Мы совсем забыли, что у приисковых есть спутниковый телефон. Вряд ли они успели его раздолбать во время заварушки. Можно отсюда позвонить…